Людмила дребнева личная жизнь, Советские актеры и Фильмы
![Людмила дребнева личная жизнь](https://mtsonline.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/qytehym.jpg)
Это место, где сходятся интересы разных отделов КГБ и милиции, криминала и мира искусства, интересы разных политических и международных групп. Режиссер: Роман Цурцумия. Не электричкой — электрички появились позже, на моих глазах, а поездом — с паровозом, который пыхтел, гудел и тащил дребезжащие дачные вагоны.
Шестнадцатилетняя девочка в полном одиночестве купается в отдаленном лесном озере. Чем ее так притягивает к себе тихое подмосковное купание? Это ее тайна Рано поседевший, обаятельный и ироничный художник ведет одинокую и замкнутую жизнь.
Иногда ездит рисовать в Подмосковье, иногда крепко напивается в баре. Обратный отсчет Режиссер: Вадим Шмелев. Ровно через 48 часов в Москве прогремит взрыв. Это последняя информация, которую успел передать перед смертью погибший агент. К расследованию подключаются все спецслужбы, но особые надежды возлагают на недавно созданную независимую оперативную группу.
В нее входят: юная девушка-хакер, когда-то взломавшая сервер Пентагона; бывший спецназовец, любящий скорость и адреналин; женщина-психолог, чьи внешние достоинства для многих затмевают и ее ум, и ее звание майора; и слепой сапер, которому нюх и интуиция заменяют зрение… И Старший - единственный, сумевший собрать их вместе и научившийся их контролировать.
Теленовелла "Обреченная стать звездой" — это чем-то до боли знакомая история провинциальной Золушки, которую, словно бабочку, манят волшебные огни сцены и интригующий мир шоу-бизнеса. В своих мечтах юная жительница Черноморска Женя Азарина видит себя новой яркой звездой на небосклоне эстрады, но знает ли она, какой ценой достается успех?
Прежде чем добиться заветной цели, девушке предстоит преодолеть тернистый путь, полный опасностей и нелегких испытаний, претерпеть боль и обиды, ложь и интриги, столкнуться с предательством и завистью окружающих.
Ирина Волгоград Огромное спасибо сценаристам, режессеру и всем актерам, принимавшим участие в создании этого шедевра! Объект "Джей" Режиссер: Владимир Онищенко. Украина Накануне празднования Украиной десятилетия независимости правительство Франции решило подарить Киеву картину Леонардо да Винчи "Джоконда".
До открытия экспозиции остается одна ночь, а службе безопасности становится известно, что на "Джоконду" охотятся террористы Обыкновенные дни Режиссер: Сергей Борчуков. Герои фильма - молодые люди - живут повседневными заботами: ходят по улице, сидят в клубах, философствуют о жизни и смерти.
Чтобы внести прятное разнообразие в их жизнь, один из друзей организовывает похищение чемодана и впоследствии его поиски, разыгрывая целую детективную историю Овен Режиссер: Юрий Кандеев. Байков, А. Боровинский, Михаил Пичигин , А. Елизаров, И. Ромашко, Валерий Смоляков , А.
Криминальная драма по мотивам повести М. Черненко "Кухтеринские бриллианты". Совершено преступление. Благодаря целеустремленности и настойчивости молодого сотрудника уголовного розыска милиции удается напасть на след матерого рецидивиста и раскрыть давнее преступление, связанное с исчезновением бриллиантов известного сибирского купца Кухтерина в феврале года. Огнеборцы Режиссер: Исаак Фридберг. Очередной выезд сотрудников обычной районной пожарной части Москвы заканчивается трагично.
Спасая из огня бомжа, погибает командир расчета пожарных Захар Кузнецов. Спасенный из сгоревшего бомжатника мужчина оказывается моряком тралового флота Денисом Рагозиным, который приехал в столицу на поиски сбежавшей жены.
Огненный стрелок Режиссер: Николай Князев. Сорокин, Ли Дзих Ли Йе. Полная необычных приключений, поисков, находок, музыки и зрелища история Мальчика-чайки, который, защищая природу, вступает в борьбу с Огненным Стрелком, человеком-охотником. Дети, пассажиры катера, помогают чайке - и одерживают победу. Один в новогоднюю ночь Режиссер: Юрий Стыцковский. Действие картины разворачивается в супермаркете, где Шурик работает продавцом.
И все идет нормально, пока однажды в новогоднюю ночь магазин не решают ограбить два веселых брата. Одинокий игрок Режиссеры: Владимир-мл. Басов , Ольга Басова. По пьесе Э. Володарского «Беги, беги, Вечерняя заря». Название фильма Владимира Басова-младшего указывает на принадлежность заглавного героя к типу «лишних людей», находящих в азартных играх забвение и отдых от бессмысленного и одинокого существования.
Правда, герой с неромантичной фамилией Сухожилов явно недотягивает до героя. Одинокое небо Соломенная сторожка Режиссер: Сергей Русаков. Неугомонные пенсионеры — спорщики Захарыч и Фомич, любитель женщин — фельдшер Борис, наивный музыкант Веревкин, автослесарь Серега, крутой бизнесмен Пал Палыч, начинающий поэт Костик, милиционер Пахомыч, авантюрист Затевахин и одна на всю эту компанию женщина — страстно жаждущая любви цветочница Зинаида.
Одиночество крови Режиссер: Роман Прыгунов. Мария - преуспевающий молодой ученый. Она работает над созданием нового уникального лекарства и очень близка к тому, чтобы совершить "открытие века". Но три недели назад, в самый обычный зимний день, ее жизнь изменилась раз и навсегда. Бесследно исчез муж Марии. Молодая женщина не находит себе места ни дома, ни в лаборатории, мечется по Москве в своей машине, пытаясь узнать, что случилось с пропавшим супругом.
Светлана Волгоград После просмотра осталось чувство страха оказаться на месте главной героини фильма. Никогда бы не хотела чтобы меня ТАК любили. Одиночество любви Режиссер: Виктор Мережко.
По мотивам новеллы Стефана Цвейга "Страх". Однажды Федор Арнольдович Прадо, известный московский адвокат, решив заняться меценатством, стал финансировать труппу "Молодой балет". Жена Федора, Ирина, которая младше его на тридцать лет и которая за десять лет счастливой супружеской жизни не давала поводов для подозрений в неверности мужу, на просмотре спектакля этой труппы увлекается молодым и одаренным танцовщиком Евгением.
Уся Цвейг, хотя, кому как нравится называть.. Реж, операторская работа слабенький, Стас, я так понимаю, это тот юноша Одиссея Умняк Режиссер: Илья Хотиненко. Молодой деревенский парень Денис отправляется в город, мечтая учиться и «стать человеком, например, космонавтом или, на худой конец, агрономом».
Но уже на подступах к городу он сталкивается с реальностью, которая так далека от его иллюзий. Странная городская жизнь затягивает парня в стремительный водоворот, которому он не может сопротивляться. Одна любовь души моей Режиссер: Наталья Бондарчук. По воспоминаниям княгини М. Лирический рассказ о тайной любви Александра Пушкина к юной Марии Раевской. В будущей декабристке поэт увидел свой идеал, свою музу. Разделяя судьбу своего мужа, участника восстания на Сенатской площади, Сергея Волконского, Мария Николаевне Волконская, в девичестве Раевская, последовала за супругом в Сибирь.
Одна любовь на миллион Режиссер: Владимир Щегольков. Действие этой ностальгической авантюрной комедии разворачивается в Петербурге и Москве начала х. Главный герой Митяй Петров - меломан, живущий в Питере и торгующий музыкальными дисками на Апраксином дворе.
По воле обстоятельств он оказывается втянутым в опасную авантюру, а вместе с ним и Анна, мечтательная девушка неопределенных занятий. Одна на миллион Режиссер: Рубен Мурадян. Елена Мещерякова - врач ветеринарной лечебницы. Случайно в толпе она встречает незнакомца, который производит на нее неизгладимое впечатление.
Но как заставить себя просто подойти и познакомиться с ним?.. Однажды он является в ветлечебницу, чтобы избавиться от своей собаки. Но Елена не усыпляет, а берет к себе несчастное животное. Одна тень на двоих Режиссер: Алексей Козлов. Сериал снят по одноименному роману Татьяны Устиновой. Когда известный архитектор Андрей Данилов находит свою жену убитой, все в его жизни переворачивается с ног на голову. С трудом доказав свою невиновность, Данилов пытается справиться с психологической травмой.
И когда кажется, что жизнь Андрея возвращается в нормальное русло, трагическая история вновь напоминает о себе. Ирина К. Москва Серьезная писательница, сюжеты интересные. Этот фильм понравился. Хороший подбор актеров.
Ожог Режиссер: Борис Шадурский. Чембрович, Ю. Коляда, Л. По мотивам документальной повести Валерия Сороки «Спасите наши души». Прокурор Ажогин, отправивший в тюрьму не одного преступника, волею судьбы сам оказывается за решеткой. Героя помещают в камеру к малолетним нарушителям закона. Ситуация, согласитесь, не самая страшная. Так думает и герой, ставший, в итоге, настоящим другом и наставником четырнадцатилетних сокамерников. Ой, мороз, мороз!
Режиссер: Николай Щербаков. Иногда, чтобы исправить свою судьбу, полезно сыграть роль другого человека.
Жизнь героя этой взрослой сказки действительно зашла в тупик. Он — бывший офицер спецназа, отбывающий срок по ложному обвинению.
Уже несколько лет подряд в канун Нового года он бежит из колонии, чтобы отомстить… Однако у судьбы свои планы и в этот раз все будет совсем иначе. Мистерии Режиссер: Андрей Кудиненко. Военная драма о людях, сделавших ошибки, которые нельзя исправить, как Адам, который должен был стать партизаном, но вместо этого захотел семейного счастья, как немая женщина, пытавшаяся усыновить раненного нациста, как мальчик, жаждавший найти отца и погубивший свою мать.
Сюжетный ход — Феликс Миронер. Главный герой фильма Чижов С. Донцов - учитель музыки, проживающий в питерской коммуналке, всю жизнь мечтал попасть в свободный западный мир.
И вот его мечта сбывается. После изрядного подпития соседи находят в пустующей и захламленной комнате, где когда-то жила странная старуха, окно в Париж, прямо на левый берег Сены. Ольга Журавлёва Это по истечение 14 лет все немножко изменилось и наш народ стал спокойнее относиться к европейской цивилизации Окно напротив Режиссер: Эдуард Дмитриев. Актеры: Альберт Филозов , Владимир-мл. Басов , Валентинас Масальскис , Борис Клюев.
В основе этой приключенческой ленты - одноименный роман В. Айриша о том, как известный детектив Хелл Джефферис, наблюдая за окнами дома напротив, раскрыл убийство. Окраина Режиссер: Петр Луцик. Русские мужики вначале их было трое, затем стало четверо , бывшие колхозники, собрались с последними силами и пошли по России, от Урала до самой Москвы, искать обидчиков, наказывать тех, кто отнял у них последнее — землю.
Действие фильма развивается на фоне сюжетов и поэтики отечественной киноклассики. Русич Порхов 2. Олигарх Режиссер: Павел Лунгин. История жизни. Последние два десятилетия. Время перемен, необратимо изменившее страну и всех нас. Академики обнищали, младшие научные сотрудники обрели невероятные богатства и власть, стали всемогущими олигархами История любви. Он был готов положить весь мир к ее ногам. И мог себе это позволить. Омпа Режиссер: Сатылбалды Нарымбетов. О приключениях двух приятелей-летчиков, ставших владельцами старенького "воздушного такси".
Слово "омпа" означает везение во время игры в кости. Два друга летчика Даур и Талалай, оказавшиеся не у дел, занимаются частными аваиперевозками, основали фирму "Салям алейкум" Даур-казах родом из Саратова. Он не завязывал шнурки Не было счастья, да несчастье помогло Режиссер: Александр Черных. Про любовь живого мужчины и мертвой женщины, в самом прямом смысле. Виктория не труп, а всего лишь призрак. До того как стать призраком, она была женой Станислава, и они вместе прошли сквозь ужасы супружеской жизни.
Чтобы полюбить собственную жену, Стасику пришлось убить ее, и лишь тогда понять, что испытывал к ней все-таки романтические чувства. Он свое получит Режиссер: Владимир Рябцев. Арновер, Светлана Акимова , В. Шмелев, В. Сирина, Анастасия Бедрединова. Гарри Гриффин, в недавнем прошлом классный летчик, и его подружка Глория, чтобы обеспечить себе безбедную старость, решаются на опасную авантюру. Он, она и я Режиссер: Константин Худяков.
В дорогой частной клинике судьба сводит двоих - умирающего от неизлечимой болезни миллионера-газопромышленника Дмитрия Белявского и молодого, невероятно обаятельного книготорговца Дениса Ветрова.
Их возникшая с первого взгляда дружба длится всего десять дней - именно столько проживет Дмитрий от момента их встречи, - но это будут десять дней, которые потрясут мир обоих. Eis Moscow Ещё одна душераздирающая мелодрма?
Или увидим что-нить существенно новенькое? Она сказала "Да" Режиссер: Андрей Праченко. Игорь, летний владелец крупного винного Торгового Дома, на одном из светских мероприятий встречает девушку по имени Татьяна.
Игорь не может забыть Татьяну и ищет встречи с ней, но действует слишком прямолинейно, в результате чего все его попытки остаются безуспешными.
Они Режиссер: Леван Закарейшвили.
![ГОСТИНИЦА РОССИЯ](https://ruskino.ru/media/photo/3847/shyIWOtgHfhAA3t3oOtZvbP1llG.jpg)
История жизни молодого человека в современной Грузии, охватывающая «застойные годы», тюрьму, криминальную деятельность после освобождения, самоубийство. Если бы у кого было овец, и одна из них заблудилась, то не оставит ли он 99 в горах и не пойдет ли искать заблудившуюся? И если случится найти ее, то истинно говорю Вам, он радуется о ней более, нежели о 99 незаблудившихся.
Они танцевали одну зиму Режиссер: Виталий Тарасенко. Трогательная история любви учительницы танцев Валерии и оператора Андрея. У каждого из них свои проблемы: Валерия - мать одиночка, а у Андрея тяжело больна мать. Пытаясь облегчить состояние матери, Андрей отправляет ее в Париж на лечение и приглашает Валерию пожить на даче его матери.
На даче Валерия случайно находит письма отца Андрея. На дворе 21 век - мировая угроза терроризма, громкие политические дела и «оборотни в погонах» у всех на устах.
Сотрудникам милиции зачастую сейчас приходится решать проблемы поважнее, чем кража золотых сережек у Марьи Ивановны или поножовщины между пьяными соседями. Именно о серьезных делах пойдет речь в новом сериале «Опера: Хроники убойного отдела», действие которого разворачивается в Санкт-Петербурге в одном из РУВД города.
Продолжение приключений сотрудников "убойного отдела" одного из РУВД Санкт-Петербурга, которым приходится распутывать сложные и громкие дела: бороться с наркоторговцами, расследовать заказные убийства, выводить на чистую воду шантажиста крупного политика, преследовать серийного маньяка, убивающего питерских милиционеров… Но, несмотря на то, что опера проводят по 24 часа в сутки на работе, у всех у них кипит личная жизнь.
Продолжение популярного телепроекта с участием полюбившихся зрителю героев сериала - Ларина, Дукалиса и Мухамора, которые продолжают свою работу по расследованию и раскрытию преступлений. Оперативный псевдоним Режиссер: Игорь Талпа. В небольшом провинциальном городе Тиходонске живет бывший пациент дома умалишенных Сергей Лапин.
![Игра в жизнь (fb2)](https://stuki-druki.com/biofoto/Ludmila-Drebneva-01.jpg)
Он производит впечатление тихого и скромного человека. Однако местные жители знают, что странный мужчина, живущий с рыночной торговкой в состоянии какого-то полузабытья, на самом деле не так прост, как кажется. Федоровская Виктория Луганск 7.
Но книга гораздо интереснее. А Дедюшко в любой роли - супермен. К тому же он удивительно красиво ест в кадре. Оперативный псевдоним - 2. Код Возвращения Режиссер: Сергей Виноградов. История человека, который выполнял задание так называемой особой экспедиции ЦК КПСС, задание рискованное, опасное, преступное, с точки зрения человечности! И за это стирали память, - человек забывал, кто он. Так называемое социальное зомбирование. Ходит спор до сих пор: было ли это на самом деле или нет.
Операция "Люцифер" Режиссер: Николай Стамбула. В основе сюжета - трагическая гибель известного барда - Игоря Талькова.
Версия убийства рок-звезды и попытка разобраться в механизме политических убийств. Через несколько месяцев после убийства Талькова киносценарий под названием " Операция "Люцифер" уже был готов к постановке.
Сюжет фильма возник сам собой в те три дня после выстрелов в Петербурге, когда мучительное ощущение причастности к этим выстрелам выключило режиссера из реальности. Операция "С Новым годом! Фильм «Операция «С Новым годом! И в самом деле: на месте бурлескной комедии с крепкими гэгами и специфическим мужским юмором, нечто вялое, затянутое, благопристойное — знакомые «охотнички» пьют в основном шампанское, одеты главным образом в смокинги, присутствие дам, опять же, не позволяет им раскрепоститься и отвязаться по полной программе.
Операция "Цвет нации" Режиссер: Георгий Николаенко. Они в совершенстве знают оружие, мастерски владеют приемами рукопашного боя, профессионально разбираются в технике и компьютерах, умеют мгновенно принимать правильные решения и всегда находят выход из самых, казалось бы, безвыходных ситуаций.
Они — это пятеро подростков, которым по плечу самые сложные задачи, потому что они — команда. Алексей Москва 7. Катюша Легкодимова просто потрясающая, жалко что снимается редко.
Скажите, можно ли купить этот сериал на DVD? А я хочу передать его вам. Я уверена, что он вам хорошо послужит и снова увидит сцену». Вот передо мной изящная большая коробка добротной толстой кожи. Внутри алый шелк. Широкий ремень для удобства ношения или привязки к багажу… к задку дилижанса о боже! И наконец, сама черная цилиндрическая шляпа. Новенькая, представьте себе! Хотя внутри клеймо — London и имя мастера. Ну это точно как мундир гоголевского Жевакина, который он не снимая носил тридцать лет, а тот все «почти как новый»!
И ничего тут смешного — делать надо уметь! И хранить правильно! И любить! Любить вещь! Саму вещь любить как цельное творение мастера. А не запчасти добывать на случай порчи. Порчи и быть не должно! Этот цилиндр и теперь со мной. Ему без малого век! Но я отвлекся — поезд меня убаюкал, и поплыли воспоминания об еще более ранних воспоминаниях, закрутилась паутинная воронка снов о снах. Поезд шел уже по Белоруссии.
Лесной край. Здесь за лесами и лесами не слишком далеко точка схождения Брянщины, Белоруссии и украинской Черниговщины. Там имение одного из самых любимых, самых понятных мне писателей Алексея Константиновича Толстого.
Имение там теперь музей называется Красный Рог. А еще километров через 50 железнодорожный тупичок редкость какая — не правда ли? Там год назад искал я и не нашел следы нашего рода — рода Жихаревых отец мой еще в гимназические годы взял себе псевдоним Юрский.
Всё, всё! Хватит отступлений! Некуда уже отступать. Стучит колесами мой Западный экспресс, и еду я по важным личным делам в далекие края. Так про что это я? Ах да! Я же про него самого, про поезд то есть и говорю! Про путь, стало быть. Про пути! Успех был громадный. Правду говорю. Теперь это может показаться преувеличением или обычным хвастовством… но что поделаешь — любой мемуарист рискует либо сорваться в пропасть мстительных а потому недостоверных разоблачений, либо разбить себе морду о скалу неумеренного а потому недостоверного самовыпячивания.
Всеми силами буду стараться избегать этих опасностей. Хотя… хотя, может, и зря! Определенный круг читающей публики как раз и любит эту хлесткую надсаду, эту запоздалую расправу над обидчиками, это сковыривание доброжелательной маски с лица мнимых благодетелей и даже, поверьте, неуемное прямое хвастовство — всем я, дескать, хорош, всем я люб, а кому не люб, тот сам дурак! Если не разоблачать и не хвастаться, так про что ж тогда, собственно, и писать-то, а?
Попробую определить мою цель. Я хочу дать картинку. Максимально живую, насколько способен. Картинка чтобы перед глазами читателя двигалась, чтобы в нее верилось. А документальное это кино или художественный вымысел — это пусть читатель сам решает. Сам я — часть этой движущейся картинки. Иногда как свидетель — тогда я сбоку. А иногда я в самом центре — как в данном случае с моей концертной поездкой и громовым успехом на всем пространстве тогда еще существовавшей, милые дети, огромной такой страны — Советский Союз называлась….
Концерты то были публичные, в больших залах — до мест и более, так что спросить можно многих из тех, кто присутствовал, они не дадут соврать — мест свободных нигде не было. Это тогда я набрал авторитет, который через много лет обеспечил мне большие и тоже полные залы на концертах для эмигрантов в Нью-Йорке, Чикаго, Иерусалиме, Кёльне и Париже.
Хорошо ли я работал? Пожалуй что, хорошо, во всяком случае — честно. У меня было тогда восемь двухчасовых концертных программ — совершенно разных, без единого повтора. Репертуар был самый разнообразный: от Пушкина и Гоголя до Шукшина и Жванецкого тогда еще далеко не общеизвестного , от Достоевского, Мопассана и Чехова до Бунина, Зощенко и Бабеля… и Булгаков, и Есенин, и Бернс… и даже Шекспир… более двадцати авторов, более пятидесяти их произведений.
На те, бескнижные, времена в читающей стране — хороший репертуар. Будучи по школе театральным актером, а по склонности — эксцентриком, я не читал, а скорее, разыгрывал все эти новеллы и поэмы как скетчи, как одноактные пьески. Лирика и быт сменялись комедией и даже грубоватым фарсом. Так что публика не скучала. Но все же… все же был еще один добавочный мотив, еще одна тайная причина этого невероятного успеха.
А я скажу — да, невероятного! Я не случайно это слово употребил. Чтобы в Киеве на концерт с программой «Пушкин.
Чтобы в почти двухтысячном Зале Чайковского в Москве не попавшие на концерт ломали двери?! Чтобы в Свердловске, где печатать мои афиши было запрещено, а когда их все-таки напечатали, развешивать по городу было не рекомендовано, и потому просто повесили возле кассы бумажку, на которой от руки написали объявление о выступлениях, я дал шесть концертов за шесть дней с шестью разными программами, и зал был переполнен, и молодежь сидела в проходах на полу и стояла по стенам и располагалась прямо на сцене?!
Да, это было невероятно. Пишут, социальная психология пришла к выводу, что люди хвалят и славят нечто, только если при этом и тем самым хвалят и славят самих себя. Печально так думать о людях, и есть надежда, что это все-таки не полная правда, но надо признаться, мысль эта некоторую реальность отражает. Возьмем, к примеру, отношения футболистов и их болельщиков. Болельщик не скажет про свою команду: «Они победили!
Наша взяла! Его больное колено, его жена, его любовница, его машина, его деньги — всё предмет горячих, словно бы личных эмоций и обсуждений. Его гол — наш гол! Его слава — наша слава! И далее — мы из себя, из нас его выделили, мы его признали и теперь с его помощью докажем, что мы лучше других. Это феномен толпы. Тут великое множество проявлений: от кропотливого, ежеминутного подсчета медалей на Олимпиаде — у них больше или у нас больше… если у нас больше, значит наша нация лучше… УРА-А-А!..
Но есть другой, косвенный вариант — гораздо более благородный и индивидуальный. Удовольствие физиологическое мне это приятно и даже удовольствие эстетическое по-моему, это красиво отступают на второй план.
Я выражаю свое одобрение хвалю, прославляю , потому что это делает меня лучше, чем я был вчера. Это феномен пробуждения личности, пробуждения нравственного чувства. Далеко не всё здесь от логики, от рацио, очень много идет через подсознание. Хваля это , выражая свое одобрение этому , я чувствую , что совершаю хороший поступок, я чувствую пополнение души. Я ощущаю, что поступил «по совести», и поэтому испытываю чувство гордости собой. Здесь не агрессивная радость быть с толпой, с большинством, а возвышенная радость присоединиться к числу избранных.
Вот какая цепочка мыслей мелькает на дне сознания: «Я лично не читал ни Булгакова, ни Мандельштама, ни Пастернака, но слышал, что они вроде запрещенные, что ли?! И этого артиста… то ли куда-то не пустили, то ли откуда-то вытолкали… вон, даже афиши нормальной нет, как обычно в нашем ДК… а вот возьму да и пойду!
Именно поэтому и пойду. И жена, кстати, хотела сходить. Хочется наконец ей сделать приятное…». Это очень советский феномен. Теперь, произнося прилагательное «советский», мы имеем в виду нечто отрицательное — «совковый».
Но в данном случае можно было наблюдать явление с положительным знаком. Привычное: «Я Пастернака не читал, но категорически его не принимаю и осуждаю! И это было чувство толпы. Но я на своем личном опыте много раз ощутил обратное: «Я Пастернака не читал, но, так как в газетах его осуждают, я заранее выражаю ему свое одобрение! Вот артист со сцены, смотри-ка, громко объявил: Борис Пастернак.
Три зимних стихотворения — и несколько человек в зале сразу захлопали, они, наверное, знают, что это за стихотворения. Я не знаю, но и я захлопаю, потому что это правильно, и я за Пастернака, нечего наваливаться на человека!
Вот чувствую, что мы с женой хорошее дело делаем тем, что хлопаем». Разумеется, я сознаю, что на мои концерты большей частью ходила интеллигенция, то есть люди читающие, мыслящие, люди образованные.
Но, оглядываясь назад, вспоминаю, что выступил я, допустим, не только в Магнитогорском металлургическом институте, но и в доменном и мартеновском цехах комбината. Не только в Ижевске, но и, прямо скажем, в глухом городке Сарапул. Не только в Иркутске, но и в Ангарске. И в чукотском Билибине одними инженерами с атомной станции полный зрительный зал не набьешь. А в поддавки я нигде не играл, и репертуар оставался таким, как я уже рассказывал.
Некоторая кинопопулярность, конечно, была. Но ведь если скучно, так в антракте и уйти можно. Горжусь тем, что я не я один, конечно, но среди других и я рекрутировал людей в интеллигенцию. Никогда не искал маленьких зальчиков «для своих», «для знающих-понимающих», а соединял в больших залах знающих и незнающих и знакомил их друг с другом.
Горжусь тем, что на пространствах огромной страны всегда находились люди, ждущие от театра не простого, а сложного. Горжусь моими зрителями.
Сколько их? Счет простой. В наиболее активный период с го по й я давал не менее концертов в год. Значит, минимум полных залов. Умножим хотя бы на и получим один миллион сто двадцать пять тысяч зрителей не считаем ни театр, ни кино на литературных концертах одного артиста за 15 лет!
К чему это я? A-а, к хвастовству? Ну что ж, есть чем гордиться. Но все же я не к этому. Плоха была советская власть. Очень плоха. В такие тупики нас загнала, из которых выберемся ли — большой вопрос. Но опыт терпения, опыт тайной духовной жизни народа, опыт не только героического диссидентства, но и глубинного, подспудного сохранения себя как личности в толпе — этот опыт бесценен.
Не выбросить бы его случайно вместе с мусором всего наносного. В Минске стояли 15 минут. Было уже темно. Наш вагон «Москва — Берн» был в хвосте берлинского поезда. Нам не хватило ни высокой платформы, ни огней. Под вялым дождем, смешанным со снегом, торговали горячей картошкой и неприятно жирными куриными ногами. Бегали какие-то особенно несчастные мокрые собаки. Когда поезд тронулся, я окончательно уверился, что в двухместном купе международного вагона еду один.
Это было приятно. Мне было совсем по-детски эгоистически радостно и одновременно немного стыдно за свою радость. Собаки бежали за вагоном, и какие-то непонятные люди с большими мешками безнадежно стояли под припустившим сильнее дождем. В купе было тепло, светло. Специально для этой ночи — последней на родной земле — у меня была припасена бутылка водки, которой я ни с кем не собирался делиться.
У меня были славные бутерброды и славная книжка на случай бессонницы. Я разложил яства… я отвинтил… я налил… я потер руки…. Вот тогда-то резко отъехала дверь и появился Виталий Геннадьевич, в тяжелом пальто, в кашне и с двумя чемоданами.
Есть люди с таким особенным голосом, который вроде даже приятен — он звучен, он немного, пожалуй, слишком сдобен, но во всяком случае недурен.
Речь тоже недурна — достаточно культурна, слегка абсолютно в меру, поверьте! Одним словом, хороший голос и хорошая речь. Недостаток этой речи, пожалуй, только в ее избытке. Оказаться с таким человеком наедине в замкнутом пространстве более чем на десять минут — пытка. А попасть в одно купе на двухсуточное путешествие….
А мое восьмое. Чего-то мне ваше лицо знакомо. Я еще в Москве подумал, что вы на кого-то похожи… О, антресоль-то свободная, я туда оба чемодана пихну. А ваши где? Под полкой? Это зря! Они сейчас, тяни их, на этой границе совсем оборзели, что ты! Никаких там под полкой — всё на виду должно быть. Я даже каждый раз все замки заранее отпираю.
Всё для вас, всё наружу! Во, классный анекдот! Грузин говорит: «А все равно грузины лучше, чем армяне! Класс, да? А чего это у вас бутерброды разложены, а выпить нечего? А в стакане это что, вода? Ну-ка, ну-ка… да это ж пахнет… это ж водка! A-а… ха-ха-ха… колоссально, а я думал — вода. Стой, тянитская сила, узнал! Вы же актер, да? Тянитская сила, а я все смотрю и думаю — знакомая морда.
Жене расскажу — не поверит. Она мне вообще никогда не верит. Чего бы я ей ни рассказал — не верит, и точка! И правильно делает, ха-ха-ха! Ну, чего там бутерброды… мы сейчас в ресторан пойдем, пока не закрылся и пока на наши деньги. Это только до Варшавы, а потом всё — свистец! Вы сколько в декларацию пишете? Ну, правильно!
Я тоже так: сколько положено, столько и пишу. Ни больше ни меньше. Больше — заметут, а меньше — подозрительно, правда? Ладно, всё, пошли в вагон-ресторан.
Я приглашаю. У меня этих наших деревянных навалом. Во, видали? Полный бумажник… Кстати, позвольте на всякий случай чего вручить вам мою визитку — вот, Виталий Геннадьевич… ведущий профессор… и старший консультант… генерального… конструктора… по социологии.
А то я, как вошел, сразу смотрю — ну, знакомое лицо! Беда в том, что и мне его лицо знакомо. При посадке на Белорусском вокзале был скандальчик. Возле соседнего — «брюссельского» — вагона стоял носильщик с телегой, горой нагруженной разнокалиберными вещами и пакетами. Носильщик требовал еще добавочную пятерку, потому что «сами пересчитайте, сколько их тут». А владелец вещей, оказавшийся впоследствии ведущим профессором, был в то время — удивительное дело — совершенно пьян.
Он никак не мог в толк взять, чего от него хотят, и совал носильщику рубль. А тот от рубля отказывался и требовал пять. Ведущий профессор качался на неверных ногах и говорил: «Ну чего ты, ну чего ты хочешь? Ну нет у меня больше, тянитская сила, ну смотри…» — и показывал бумажник, который был — я сам это видел — совершенно пуст. И это был тот самый бумажник, который он теперь демонстрировал мне, и теперь он был — это же прямо фокус какой-то — туго набит и нашими купюрами, и валютой.
Еще тогда вся эта сценка мне приметилась, и как-то неприятно приметилась: груда вещей, носильщик, какой-то заморыш прыщавый, и этот здоровый краснощекий профессор, который пританцовывает на пьяных ногах и все трясет бумажником и карманы выворачивает — ну пусто, ну ни копейки, ну видишь… а между тем покрикивает: давай, Боря, давай, Сережа, давай, давай заноси… там пока на кровати кладите… Молчаливые, невнятные Боря-Сережа сноровисто таскают тюки и пакеты в вагон.
И над всем этим снег хлопьями, и сразу тает, и, как коснется перрона, сразу в грязь обращается. Я еще подумал — какой скверный наигрыш, какая неправда, как это человек в Брюссель едет с совсем уж пустым бумажником.
И что ж, Боря-Сережа не могут, в конце концов, четыре рубля наскрести? Потом я решил: пьян в стельку краснорожий пассажир, до самого Брюсселя не проспится. Ан смотри-ка… в тот же день тут как тут, вроде и вовсе не пьяный, и бумажник как бочонок.
У меня сын в Брюсселе, старший… все время просит — то привези, это привези… там у них дорого все охерительно… ну, я пока по ребятам раскидал… после германо-германской там все нормально будет… за Берлином они уже не рыпаются.
Во Франкфурте-на-Майне я все равно к ним в вагон перейду. Да и в Брюсселе-то три дня всего, так… погулять… и в Лондон… на пароме — и в Англии. На Би-би-си. А вот интересно, вы Би-би-си теперь слушаете?
Раньше — это понятное дело. А вот теперь, когда все можно? Вон что творится! Мы ж совсем открылись, а они к нам проникают. Сознание уже практически управляется оттуда. Изнутри всякая гниль полезла… Это вот вам — актерам, писателям, — вам надо не терять влияния!
Вы ж смотрите, что с молодежью делается! Но конечно, в этом застойном дзоте отсиживаться нельзя, открываться надо. Надо выходить на контакт.
Потому что экономика в штопоре, но по идеологии мы все равно сильнее. Я осенью читал в лондонском университете лекцию об экстремизме в молодежных организациях. Они рты открыли! Потому что они думают, что мы совсем лапти. А я им два часа на хорошем английском и довольно откровенно — что у нас в Свердловске творится, что в Кургане… Там же фашисты головы поднимают.
![Arama sonuçları](https://stuki-druki.com/biofoto/Ludmila-Drebneva-Osennie-kolokola.jpg)
Нормальная проблема — запросто на диссертацию тянет… Ну, они, в Лондоне, меня слушают и прокисают… Видят, что мы не как раньше… что мы о своем больном говорить можем… «Мистер Прахов, мистер Прахов, мы хотели бы услышать развитие темы! Пожалуйста, я вам курс — вы мне время на Русской службе Би-би-си. Они начали, что, дескать, это разное, это другое ведомство… Ну, ладно.
После Рождества и всех их каникул мы пригласили одного из их боссов к нам на две недели… Сделали поездку Москва — Ленинград — Киев — Тбилиси… попоили его, погуляли… И всё! Сейчас еду туда — он меня встречать будет. Личный контакт. Наши бывшие пытаются там рыпнуться — «Нам не нужны из Союза, у нас много своих опытных работников…». У вас диссиденты, а не работники! Это другая квалификация и другая точка зрения!
А как насчет объективности, а? Или вас устраивает одностороннее освещение фактов? Вот сейчас еду уже конкретно разговаривать… Идеологию мы не должны сдавать ни в коем случае…. Экономику просрали, значит держи порох сухим в идеологии.
Кстати, об экономике: если хотите сигареты покупать, только во Франкфурте-на-Одере — ровно через сутки. Там они в два раза дешевле в tax free. Буквально в два раза. Но только на марки. Доллары они не берут. Ну всё, всё, пошли в ресторан, отметим знакомство. О-о, буфет идет!.. Ах ты, моя голубка! Что у тебя осталось-то к последнему вагону?! Не-е, это не то, это не пиво… пива мы в Германии попьем… О, смотри… виски! Сколько тут? И орешков! Сейчас выпьем за начало пути. Видишь, голубка, с кем я еду?
Узнаёшь лицо? Лицо узнаёшь? Знаете ли вы, что такое граница? Если вы, подобно мне, советский человек, то вы знаете, что такое граница. Если же вы человек иностранный или наш, но совсем молодой, то вы понятия не имеете, что такое граница. Граница — предел, черта, за которую нельзя. Граница — грань возможного. На границе тучи ходят хмуро.
Пограничник в тяжелой шинели, застегнутом на подбородке и надвинутом на лоб островерхом шлеме — герой нашего детства. Он не спит никогда. Он стережет. Чтобы ни туда, ни сюда. Граница на замке. Это колыбельная наших младенческих лет. Спи спокойно, мой маленький, никто не придет, граница на замке. Это был магический круг длиной во много тысяч километров. Разве мало тебе места внутри этого круга? Разве не бесконечно разнообразна здесь природа?
Разве не свободен ты ходить, ездить, летать и плавать от одной границы до другой? Ты свободен передвигаться повсюду! Кроме мест заключения и мест, входящих в перечень секретных. Их много, их очень много. Островками, островами и целыми архипелагами они разбросаны повсюду… Но разве без них мало простора? Правда, имеются такие административные осложнения, как ПРОписка, ПРИписка к месту службы, к территории, к секретному городу , но это проблемы индивидуальные. А вообще-то, ВСЁ от края и до края, от границы и до границы — это твоя страна!
Правда, не от самой границы… и не до самой…. Граница — это такая тонкая, такая значительная при этом черта, что уже на дальних подступах к ней начинается ПРИ-граничье. Тут живут особые люди — со специальными документами, со специальными правами и обязанностями. Чтобы обычный «внутренний» человек мог попасть в приграничье, нужно разрешение, некий вкладыш в паспорт. Если тебе выписали и вклеили этот вкладыш, значит тебе доверяют, значит ты свободен подойти почти к самой пограничной полосе.
И ведь не все же десятки тысяч километров лес, бывают и просветы, и прогалы. Если день не туманный, можно видеть — в это трудно поверить, но, ей-богу, можно видеть — жизнь по ту сторону границы.
Вот стоит корова. Она щиплет траву и обмахивает себя хвостом. Но это другая, это не наша корова — по цвету, по размеру, даже, кажется, по форме — это немножко другая корова.
Вот едет грузовичок. Он весь как-то иначе сделан, по другим каким-то физическим и эстетическим законам. Едет себе… и почему-то оставляет меньше пыли, чем наши грузовики. Это, видимо, особое устройство колес… или дорог… Или это такое особое устройство моего зрения, что все, что там , кажется чуть ярче, чуть миниатюрнее, чуть чище… как в цветном предутреннем сне.
Об этом написаны сотни рассказов и поэм. В границе заключена тайна жизни, последняя ее черта. И потому, наверное, так тянет заглянуть за эту черту — а что же там???
Потому так манит граница и с той, и с другой стороны. Оттуда лезут и лезут шпионы — на планерах, на парашютах, на ходулях, на копытах, ползком, задом наперед. Под видом мальчиков на велосипедах проникают матерые престарелые лилипуты. Под видом заблудившихся охотников, странников, священников идут и идут разведчики и диверсанты. И вот уже не поручусь я, что эта корова на том берегу вялой речушки не состоит из двух специально подготовленных наблюдателей.
И не дам я руку на отсечение, что на крыше того слабо пылящего грузовичка не установлен особый перископ, через который ясно виден весь наш берег и я, в частности, виден во всех моих подробностях.
Манит, манит их всех наша сторона! Да, но нас-то почему так манит за эту границу, вот вопрос! Прямо скажу — дурацкий вопрос! Почему домашнего кота манит выскользнуть за дверь родной квартиры?
Да потому что интересно, а что там? А мы советские люди. Для нас пересечь границу — это как умереть и воскреснуть! Это Пасха Господня для нас, безбожников.
И потому — по неопытности, по незнанию, по невежеству — начинает казаться ошибочно, ай как ошибочно! Сейчас-то что, сейчас я уже попривык. А когда в первый раз… в м году, по весне… Ехали мы с двумя товстоноговскими спектаклями — «Варвары» Горького и «Океан» А.
Штейна — всей труппой БДТ на целых два месяца за глаза зажмуриваю и головой качаю от неправдоподобности — совсем за границу! В Болгарию!!! И в Румынию!!! На пограничной станции Унгены стал поезд. И готовили нас к пересечению границы действительно как к переселению на Тот свет. Отдельно от нас стояли бесконечной чередой другие колеса.
Здесь начиналась не наша, иная колея. Мощные домкраты — по четыре на каждый вагон — приподняли нас всех, нашу опору — наши колеса — укатили из-под нас, и состав я не вру, я ведь не вру!
Потом прикатили другие колеса, мы опустились на них и с этой минуты стали наполовину нижнюю уже иностранными. О боже, какое странное ощущение — стоять на другой, не нашей колее! Пошли по вагонам суровые проверки, пошли хмурые, как тучи, люди с железной выдержкой и ледяной вежливостью.
У нас была хорошая труппа, отличные актеры. Но это ж там, в Ленинграде, мы кумиры и нас знают, а здесь далеко… кто мы? Никто мы! Ну и что ж, что Лебедев, Лебедевыми пруд пруди. Евгений Лебедев? Не знаем, мы по театрам не ходим. Что Доронина? Кто Шарко? А он кто? Ну, это вообще никакого интереса. Счастливого путешествия, товарищи артисты! Берегите честь нашей Родины! За мной, в следующий вагон. Никто не спит. Мы все в великом возбуждении. Какое необыкновенное ощущение — впервые пересечь границу своей Родины!
Все Киногерои, мультперсонажи Фигурки и наборы с любимыми героями. Все Развивающие игры Игрушки для развития ребенка Деревянные развивающие игрушки Игровые центры и коврики Развивающие игрушки.
Все Товары для праздников Наклейки, декор Товары для праздника Товары для сервировки стола Хлопушки и дуделки. Все Детская литература Книги для подростков Книги для внеклассного чтения Сказки для детей Развивающая литература Познавательная литература Раскраски для детей Азбуки и буквари Психология для подростков Для школьников Детские энциклопедии Книги для дошкольного чтения Книги и альбомы с наклейками Книги на картоне Книги-игрушки Детские комиксы Детская классика Детский досуг.
Все Психологическая литература Практическая психология Популярная психология Книги для родителей Психология отношений Общая психология. Все Наш Казахстан Казахстанская классика Всемирнаяя классика на казахском языке Современная казахстанская проза Подарочные книги и фотоальбомы Культура и Искусство Публицистика Казахстана Нехудожественная литература Нормы, право Деловая литература Психология, педагогика Малышам Детская художественная литература на казахском языке Детская познавательная литература Изучение казахского языка, словари.
Все Книги по бизнесу Маркетинг. PR Интернет. Предпринимательство Кадры. Мотивация Менеджмент. Стратегия Отраслевой бизнес Переговоры. Презентация Деловые ежедневники Торговля.
Сервис Лидерство. Бизнес-психология Личные финансы Экономика. Все Изучение языков Адаптированная литература Английский язык — словари Русский язык Английский язык — учебники Английский язык для детей Билингвы Другие языки Испанский язык Итальянский язык Китайский язык Корейский язык Неадаптированная литература Немецкий язык Турецкий язык Французский язык Японский язык.
Все Графическая литература Графические романы, комиксы Ранобэ Манга, манхва. Все Публицистика. Мемуары Спортивная публицистика Медицинский нон-фикшн Социология. Обществознание Политическая публицистика Публицистика. Все Мода. Этикет Красота и уход Макияж. Прически Мода и стиль Этикет.
Все Путешествия. Спорт Путеводители Путешествия Спорт Хобби, увлечения. Все Эзотерика Целительство, велнесс Духовные практики Природная магия. Шаманизм Практическая эзотерика Эзотерические знания. Все Дом. Все Здоровье. Мать и дитя Здоровье Мать и дитя.
Все Научно-популярная литература Естественные науки Наука. Технологии Гуманитарные науки. Все История. Все Интернет. Компьютеры Базы данных Графика. Все Искусство. Рыба Системы питания. Все Периодика. Календари Календари. Все Книги в подарок Подарочные издания Эксклюзивные издания. Все Школа, Канцелярия Рюкзаки, ранцы и сумки для обуви Все Рюкзаки, ранцы и сумки для обуви Ранцы для начальной школы Рюкзак для подростка Рюкзак на каждый день Рюкзаки для средней школы Рюкзаки для дошкольников Сумки для обуви.
Все Тетради, дневники и обложки Тетради общие Тетради школьные 12 листов Тетради школьные предметные Тетради для нот Дневники школьные Обложки. Все Письменные принадлежности Ручки гелевые Ручки шариковые Роллеры Линеры Ручки со стиральными чернилами Чернографитные карандаши Механические карандаши. Все Альбомы и цветная бумага, картон Альбомы для рисования Цветная бумага Цветной картон Альбомы и наклейки Panini Бумага художественная Альбомы и скетчбуки Бумажная продукция.